Войти

Европарламентарий А. Кубилюс: «Отменять Рахманинова - это чересчур»

Обзор прессы / Пресса Литвы

Европарламентарий А. Кубилюс: «Отменять Рахманинова - это чересчур»

Европарламентарий, экс-премьер Литвы от партии «Союз Отечества – Христианские демократы Литвы» Андрюс КУБИЛЮС ответил на вопросы «Экспресс-недели».

– Министр культуры Литвы предложил объявить ментальный карантин произведениям русских авторов, а людям – не посещать спектакли, поставленные по ним. Идет повальная отмена всего русского. Но ведь ни Россия, ни русская культура не пострадают от решения Минкульта. Пострадают как раз жители Литвы. Зачем это делается?

– Я бы с осторожностью относился к подобным заявлениям. Я провел бы четкий водораздел между такими деятелями культуры, как Газманов и Гергиев, с одной стороны, и Прокофьев, Мусоргский и Чайковский – с другой. Есть сегодняшние деятели культуры, которые поддерживают Путина и войну, и, конечно, таких мы не хотели бы видеть и слышать у нас в Литве. Но отменять Рахманинова, Чайковского, других русских классиков, по-моему, – это чересчур.

Я не историк, но не помню случая, чтобы после Второй мировой войны где-то в Западной Европе или в США отменяли немецкую классическую культуру: Гете, Бетховена или Баха. Но я понимаю людей, которые так эмоционально, с такой злостью реагируют на все, что имеет отношение к русскому. Это оттого, что они видят происходящее в Украине, например, в Буче, Ирпени: первопричина тут в преступной войне Путина. Она является триггером всех этих эмоций, которых не избежать. Но одно дело эмоции в обществе, другое – политика правительства, президента, парламента. Эмоции не позволяют многим рационально подходить к таким решениям. Я не могу согласиться с такими инициативами, как отмена русской культуры, – это никуда не ведет. Наоборот, мы должны вместе с теми русскими, которые не согласны с политикой России, думать о том, как изменить эту ситуацию в самой России. Я уверен, что это пройдет, что мы не будем в этом плане совершать каких-то больших ошибок.

– Литовский интеллектуал Маркас Зингерис вопрошает: «Надо ли сейчас превращать в поле брани всю культуру? Не является ли это крайней идеологизацией всей культуры, которая свойственна ненавистному всем тоталитаризму?»

– Тут я на стороне Маркаса Зингериса. Я сам высказываюсь против попыток делать шаги, которые не являются ни рациональными, ни умными. В ситуации путинской агрессии против Украины, когда поддерживающие Украину страны Запада по-разному размышляют о будущем России, для Литвы важно, чтобы наше мнение об этом было принято на Западе как разумное. И для нас важно не совершать шагов, которые позволили бы тому же Кремлю рисовать нас как радикалов, не очень умных по отношению к культуре, будущему России людей. Это стало бы, по моему мнению, большой ошибкой и потерей для Литвы, потому что у нас есть большие геополитические цели. Мы хотим помочь России стать демократией. Я думаю, у России есть большие возможности вернуться на этот путь. Конечно, не во время правления Путина, но это тоже может поменяться.

В Литве большинство людей думают, что Россия никогда не станет демократией. Увы, то же самое я слышу в Брюсселе, в Евросоюзе. И такое видение будущего России мне кажется неразумным и опасным и для самой Европы. Ведь если большинство не верит в будущее демократии в России, то не появится и более обдуманная стратегия Запада в отношении того, как помочь российскому обществу повернуть свое государство на демократический путь развития. Трансформация России – это интерес не только граждан России, но и наш экзистенциональный интерес иметь нормального соседа. И поэтому мы в Евросоюзе должны стать двигателем этой трансформации. А политики, как ответственные люди, не должны идти на поводу этих эмоций, так как из-за этого мы можем упустить из виду нашу стратегическую цель помочь России трансформироваться.

– Вы один из самых влиятельных политиков Литвы, к мнению которого прислушиваются и с которым считаются. Почему же в этом случае правительство поступает иначе?

– Мои возможности преувеличены. Мне не представился случай поговорить об этом ни с министром, ни с правительством. Я не знаю, обсуждали ли в правительстве эту инициативу с министром, возможно, это его личная инициатива, на которую я смотрю с большой настороженностью. Но я надеюсь, что в этой сфере появится более разумный подход. Как я уже говорил в своих выступлениях, тут сыграли роль психологические комплексы литовцев в отношении русских.

– Вы сказали, что эмоции относительно русских можно понять, но в таком случае русским стоит опасаться неконтролируемых репрессий? Все сегодня проводят исторические параллели, вспоминая предвоенные события в Литве…

– Говоря, что мне понятно, почему это происходит, я подразумеваю причинно-следственные связи между агрессией России и реакцией людей на нее, то есть эти эмоции объяснимы. Но ведь не только русские боятся, литовцы тоже испытывают тревогу, что война может прийти и на нашу землю. Да, большинство людей не могут повлиять на какие-то решения, но есть ответственные политики, которые не должны поддаваться эмоциям, а должны думать о долговременной стратегии.

В конце Второй мировой войны в американском и английском обществе царили антинемецкие настроения, считалось, что все немцы ответственны за преступления нацистов. Но сразу после войны этот тренд поменялся, потому что стало ясно, что с такой философией строить новую демократию в постнацистской Германии невозможно. Так что неразумно делать всех россиян виновными в преступлениях сегодняшнего путинского режима.

– Судя по опросам, 76 % граждан Литвы боятся высказать свое мнение. Это признак тоталитаризма?

– Ну, я не знаю, что это за опрос и откуда взялись такие цифры. Если бы литовцы боялись, то правительство просто купалось бы в похвалах. Но я не вижу, что литовцы боятся: они высказываются, критикуют. У нас демократия и право на свободу мнения на самом высоком уровне. Не могу согласиться с этим, потому что вижу противоположную ситуацию. Может быть, вопрос был поставлен каким-то особым образом?

– В последнее время партию преследуют скандалы. Вот парламентария-консерватора Бартошявичюса подозревают в педофилии…

– Оппозиция, конечно, не преминула воспользоваться этой ситуацией, чтобы обвинить консерваторов. Но вы же понимаете, что этот скандал не имеет никакой связи с партией: Бартошявичюс же не спрашивал у партии разрешения на совершение преступления! О какой ответственности партии тут может идти речь?! Это все равно, как, например, если бы мы потребовали ответственности от всех жильцов дома, в котором живет подозреваемый. Партия очень четко обозначила свою позицию, и мы ждем, чтобы прокуратура провела расследование. Если окажется, что преступление было совершено, то наказание должно быть очень серьезным.

– Оппозиция упрекает консерваторов в том, что партия отказалась от консервативных и христианско-демократических ценностей в пользу либеральной, глобалистской идеи…

– В мае мы будем отмечать тридцатилетие партии, которая остается приверженной наиважнейшим для государства и его развития ценностям. Государственная идея партии, ее цели остаются прежними: чтобы Литва была успешным государством. Почему-то литовские журналисты все время пытаются найти доказательства, что мы либо растеряли свои ценности, либо нас ждет раскол из-за отказа от ценностей. Все это надуманно и не имеет под собой никакого основания.

– Консерватор, экс-председатель Конституционного суда Д. Жалимас выступает за однополые браки, а сторонников традиционной семьи называет «ватниками», «маршистами», «русским миром»… Разве это сочетается с традиционными христианскими ценностями?

– Меняется мир, меняется литовское общество. Во всем мире меняется понимание таких понятий, как семья, брак. Вопрос о правах человека для сексуальных и этнических меньшинств стал приоритетным во всем мире. А выступления разных политических групп в защиту традиционных ценностей происходят во многих странах Европы. Но из этого мы не должны делать каких-то больших выводов. А вот то, что кремлевская пропаганда старается заострить этот вопрос, чтобы повлиять на дискуссию в ЕС и в США, видят все. И мы понимаем, что для Кремля вопрос семейных ценностей является исключительно инструментом политического влияния, никаких ценностей в этом плане у них нет. И то, что Кремль пытается в своих интересах использовать дискуссии между сторонниками консервативных взглядов и теми, кто смотрит на жизнь широко открытыми глазами, видя перемены в обществе, мы наблюдаем.

– Но люди, которые вышли на марш, вряд ли были связаны с Кремлем – там было много представителей литовской интеллигенции…

– Вы так думаете?! Но одни люди выходят на митинги, а другие их организуют. И я не могу всех, кто выходит, записать в агенты Кремля, но были же в литовской прессе журналистские расследования, из которых понятно, что люди, организующие такие марши, напрямую или опосредованно находятся под влиянием кремлевской пропаганды.

– Можно ли сказать, что если ты сторонник традиционной семьи, то автоматически и агент Кремля?

– Нет, но ты можешь стать инструментом кремлевских гибридных войн. Надо понимать, что Кремль этим пользуется и рисует Европу как «Гейропу», пытается организовать какие-то движения, митинги, выступления – это реальность. Конечно, у людей могут быть разные представления о семье. Но вопрос в том, в каких политических мероприятиях они участвуют, пытаясь защищать свои ценности? А за этими мероприятиями часто стоят организаторы, имеющие очень четкое представление о том, чего желает достичь Кремль.

– Одного из видных консерваторов лишили поста председателя парламентского Комитета по бюджету и финансам, а затем исключили из партии только потому, что по вопросу о налогах для ресторанов он проголосовал вопреки решению партии. Многие считают этот сценарий интригой консерваторов, затеянной, чтобы М. Маяускас оттянул голоса или даже выиграл выборы мэра Вильнюса…

– М. Маяускас был моим советником, когда я был премьер-министром. То есть я стоял у истоков его политической карьеры. Я думаю, он сделал большую ошибку, когда решил, что может в парламенте выступить против правительственной налоговой программы. Его, конечно, поддержала оппозиция, которая всегда поддерживает правящих, выступающих против правительства, особенно когда в правящей коалиции большинство очень невелико. Но решение, поддержанное Маяускасом, означает, что бюджет теперь получит на 60 млн евро меньше доходов. А это значит, что эти очень большие деньги не смогут использоваться для повышения зарплат учителям или на другие выплаты. Поэтому партия среагировала на это таким образом, сказав, что Маяускас совершил большую политическую ошибку. И люди после этого сразу полюбили Маяускаса. Это напоминает мне историю Паксаса, который тоже стал литовским героем, когда ушел из правительства из-за того, что не согласился с нашим решением продать «Мажейкю нафта» американской компании. Известно, что такой путь ведет в тупик, что мы видим по карьере того же Паксаса.

Елена ЮРКЯВИЧЕНЕ, «Экспресс-неделя», № 6 от 9 февраля 2023 года.

Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 90 дней со дня публикации.

Навигация