Адмирал НАТО: помощь союзников литовской дивизии будет зависеть от двусторонних дискуссий
- 27 ноября 2023
ИНТЕРВЬЮ BNS. НАТО не требует создания дивизии в Литве, и поддержка союзниками этого подразделения будет зависеть от двусторонних дискуссий, говорит глава Военного комитета Альянса Роб Бауэр.
Литва планирует создать это подразделение к 2030 году, исходя из нынешнего финансирования обороны страны. Однако полностью укомплектовать его можно будет только через пять лет.
Это означает, что в течение этого периода Литва должна будет обратиться к своим союзникам за поддержкой в виде дальнобойной артиллерии, ракетной артиллерии, разведывательных или авиационных подразделений.
"Другие страны могут обсудить это с Литвой. У НАТО нет жесткого требования иметь дивизию в Литве, но, конечно, было бы хорошо, чтобы в Литве была дивизия", - сказал адмирал в интервью BNS на прошлой неделе.
"Так что все это обсудят - если страны могут помочь Литве, они решат это сделать", - сказал он.
Бауэр также подчеркнул, что Литва и сама не забудет подумать о создании этих вспомогательных подразделений.
"Поэтому то, что этих мощностей сейчас нет, не следует трактовать как нечто плохое, - сказал глава Военного комитета НАТО. - Это нормально, потому что когда создаешь такое большое подразделение, как дивизия, это требует времени".
- Несколько дней назад глава литовской дипломатии Габриэлюс Ландсбергис заявил, что Россию в Украине остановить не удается и она может предпринять военные действия против стран НАТО. Между тем немецкие эксперты прогнозируют, что России потребуется от шести до десяти лет для восстановления своих возможностей после окончания интенсивных боевых действий в Украине. Готово ли НАТО к возможной войне?
- Альянс всегда готов. Это наш долг, поскольку мы - оборонительный альянс. (...)
В 2018 году НАТО приступило к работе над новой военной стратегией. То, что было разработано, увидело свет в 2019 году - это военная стратегия, основанная на угрозах, а угроза - это и Россия, и террористические группы. Это было серьезное изменение в мышлении, потому что долгое время, почти 20 лет, НАТО рассматривало Россию как партнера. Однако когда Россия стала вести себя агрессивно, мы стали разрабатывать новые военные стратегии. Одна из них заключается в защите евроатлантического пространства, а другая - в обеспечении готовности к будущим угрозам.
Вся эта работа над коллективной обороной означает, что, когда 24 февраля 2022 года россияне вторглись в Украину, НАТО было готово, и мы немедленно, в считанные часы, подняли в воздух 120 самолетов, менее чем за две недели вывели в море новые корабли и выводили новые, под командованием НАТО в боеготовности находилось 40 тыс. военнослужащих.
Вот так НАТО смогло отреагировать, и это даже не была ситуация, когда напали на нас - на сам Альянс.
Если мы хотим мира, то должны готовиться к войне и укреплять меры сдерживания. Это лучший способ предотвратить войну. Мы не находимся в состоянии войны с Россией, и я считаю, что россияне не хотят войны с НАТО, потому что, я уверен, они знают, что проиграют ее.
- В то же время министр обороны Германии говорит, что Евросоюз не сможет произвести миллион артиллерийских снарядов для Украины. Видите ли вы опасность того, что европейская военная промышленность слишком медленно приспосабивается к изменившимся геополитическим условиям?
- Для меня поддержка Украины и укрепление нашей собственной обороны - это две разные вещи.
Я полностью согласен с германским министром в том, что нам необходимо наращивать производство для поддержки Украины, поскольку мы видим, что российская экономика превращается в экономику военного времени. Это означает, что экономика России обслуживает военные действия как свою главную цель, чего нельзя сказать о Европе. Это немного более характерно для США, где существует больше инструментов, позволяющих принципиально заставить промышленность уделять приоритетное внимание обороне.
Да, промышленность Европы должна развиваться быстрее. Но в большинстве либеральных экономик это занимает больше времени, потому что мы имеем дело с частными инвесторами, с различными регламентами, и поэтому я много говорю об этом, потому что мы в этом нуждаемся - быстрее и в больших количествах.
- Не означает ли это, что в таком случае Европа слишком зависима от США и их военного потенциала?
- Оборона и сдерживание НАТО - это совместные усилия всех союзников. У Соединенных Штатов самые крупные вооруженные силы и поэтому они играют очень важную роль.
Однако важно, чтобы вооруженные силы Канады и Европы начали играть более заметную роль в обеспечении военных мощностей. Планы, которые были одобрены в Вильнюсе на саммите НАТО, действительно предполагают увеличение вклада европейских и канадских вооруженных сил с целью некоторого изменения равновесия.
- Если конкретно говорить о Литве. После заключения соглашения между Вильнюсом и Берлином о бригаде Литва стала единственной страной в восточном крыле блока, в которой будет размещено такое военное подразделение. Конечно, Литва рада этому, но снижает ли это ваши возможности как планировщика по развертыванию сил там, где они наиболее необходимы?
- Необязательно. Германская бригада в Литве хороша тем, что с новыми региональными планами НАТО появилась более тесная связь между ними и национальными планами обороны. В результате государства стали уделять больше внимания своему региону.
Это не означает, что их силы не могут быть везде, но страны региона в первую очередь будут рассматривать возможность размещения своих вооруженных сил в соседних странах или в странах, которые находятся рядом, и поэтому такое решение правительств Германии и Литвы логично. Оно основано на давних отношениях, сложившихся с момента начала развертывания батальона Сил передового присутствия НАТО в 2016 году.
- Но как вы сами относитесь к тому, что на восточном фланге имеется только одна такая бригада?
- В Мадриде было принято решение сформировать на восточном фланге восемь боевых групп численностью не менее батальона. Это решение выполняется в настоящее время. Было также принято решение о том, что эти боевые группы должны иметь возможность при необходимости усиливаться до бригады на основе разведывательных данных. Несколько стран уже приняли участие в учениях, в которых была задействована бригада, так что мы видим, что механизм создан: при необходимости боевые группы могут быть усилены до бригады.
Решение Германии и Литвы о постоянном усилении сил до бригадного состава не противоречит планам НАТО: оно дополняет наши планы. Это решение является наглядной демонстрацией солидарности союзников. Оно требует значительных инвестиций с обеих сторон. Но оно дает четкий сигнал о том, что НАТО готово защищать каждый сантиметр территории союзников. Именно в этом и состоит цель наших региональных планов: обеспечить сочетание передовой обороны со стратегической гибкостью для защиты каждого сантиметра на всех направлениях.
- Видите ли Вы возможность для других стран в ближайшем будущем увеличить свои батальоны до бригад?
- Это зависит от самих стран и от действующих в них стран. Мы наблюдаем соглашение между Латвией и Канадой, когда все больше людей из Канады приезжают в Латвию. И это происходит по вполне понятной причине, потому что если в Канаде многочисленная армия и много мощностей, то для того, чтобы добраться до Латвии, потребуется больше времени. Поэтому они усиливают свое присутствие, и в результате военное присутствие в Латвии будет больше, как и в Литве.
- Литва планирует сформировать свою дивизию в стране к 2030 году. Но на первых порах, по крайней мере в течение пяти лет, у Литва не будет собственных подразделений поддержки, и она будет стремиться, чтобы это были силы союзников по НАТО. Видите ли вы какие-либо возможности для этого?
- Другие страны могут обсуждать это с Литвой. Строгого требования НАТО иметь дивизию в Литве нет, но, конечно, было бы хорошо, чтобы в Литве была дивизия.
Поэтому все будут рассматривать этот вопрос - если страны могут помочь Литве, они решат это сделать. В то же время Литва должна создать этот потенциал в течение следующего года. Поэтому то, что этих мощностей сейчас нет, не следует трактовать как нечто плохое. Это нормально, потому что когда создаешь такое большое подразделение, как дивизия, это требует времени.
- Литва также ищет партнеров для размещения в стране на ротационной основе элементов противовоздушной обороны, которые заменят миссию воздушной полиции. Прошло почти полгода с тех пор, как министры обороны согласовали эту модель, но ни одно соглашение так и не было подписано. Когда можно ожидать прорыва?
- Все эти вещи требуют времени. Мы говорим о мощностях, которые не обязательно должны быть немедленно развернуты в Литве, в данном случае, или в любой другой Балтийской стране. Мы будем говорить об этом на встрече министров обороны в феврале.
- Спасибо за ваше время.
Фото: Lukas Balandis/ BNS.
Автор интервью - Аугустас Станкявичюс